Миру Новому

Мосты

Автор: М.В. Гореликова

Жил-был человек, который очень любил веселье. Где он – там шутка, юмор, весёлое настроение. Многим было интересно с человеком, ум и слово которого всегда полны забавных находок, остроумных наблюдений. «Ты – наша скорая помощь от всех печалей», – шутили друзья и знакомые. Но один раз случилось искать помощи и ему – самому весёлому и беззаботному. «Помоги, Господи!» – страстно просила душа, направляя в Незримость всё своё внимание с надеждой, что в огромном океане пространства, она будет услышана…

В свой срок пришлось этой душе пересечь ту границу жизни, за которой исчезают все земные печали и радости, и иной строй восприятий приходится осваивать человеку, чтобы сознательная жизнь: в мышлении, в многообразии чувствований, в радости Общения и труда, – не прекратилась. Человек осуществил усилие духа и … высоко поднявшись над полем серых облаков, образованных безучастием находящихся в бессознательном оцепенении душ, увидел Облик, к которому в течение земной жизни редко, но с верою обращал свои мысли…

«Ты ли, Владыко, неужели вижу Тебя?» Волна радости, нежности окутала сердце, воспринявшее Внимание Великого Существа. Мысли, вопросы толпились, образовывая застилающий зрение туман. Человек понял, что не может не только обратиться, но и видеть, потому что мысль, не воспитанная в сосредоточении такого рода внимания, не оформлялась, а восприятия рассыпались, как стёкла в калейдоскопе, в отличие от последнего, не образуя ясных форм. Сознание, не наученное в земной жизни внимать воздействиям духовной мысли и запечатлевать их, мучительно пыталось прояснить своё «зрение» и совладать с новыми ощущениями. Усилием духа человек удержал внимание на достигнутой высоте…

Великое Существо, подобно солнцу, излучало свет и тепло… Рука поднялась, и… завеса, застилавшая зрение растерянной души, пала. Словно поднявшийся занавес открыл зрителю, пребывающему в темноте таинственного и напряжённого ожидания, величественную картину… Перед прояснившимся сознанием предстала жизнь в неразрывном единстве её граней: этой жизнью, прежде бывшей невидимой и потому казавшейся нереальной, и той, прежней, которая теперь воспринималась как нечто далёкое и, в сравнении с приоткрывшимся Светом, тусклое… Пространство, единое, в котором не было никаких границ между миром земным и Надземным, кроме естественного деления мысленных потоков на более плотные, тусклые, подобные низко плывущим облакам, и на прозрачные, светящиеся, легко поднимающиеся вверх, увиделось уже не как океан туманностей, но как стройная сфера взаимосвязанных струящихся потоков энергий, лучей. «Взаимодействия и взаимопомощь», – подумалось… Жизнь, единая, неделимая предстала в полноте своего смысла, благодаря тому, что теперь зримыми стали неразрушимые нити, связывающие множества человеческих душ, подобно тому, как артерии кровеносной системы или многочисленные нервные каналы пронизывают весь организм и связывают воедино все протекающие в нём процессы. Эти «нити» – мысли, которыми души как бы обменивались, посылая токи в различных направлениях… Но при этом одни «нити» виделись как красивые спирали огня, другие же шли тусклыми, взлохмаченными кольцами, подобными дыму… Те спирали, которые в своём напряжении достигали ослепительно белого, серебристого свечения, возносились высоко, уходя за пределы видимой сферы. При этом от них искрами рассыпался свет во всех направлениях. И там, где было видно, как такая искра касается какой-либо из «нитей» мыслей, всегда возникали яркие вспышки света, которые тоже, хотя уже меньшими искрами, рассыпали свой свет… Стало понятно, что серебристые спирали, возносящиеся в Незримую высь – это мысли, способные достигать Высот Божественных Планов жизни… Взгляд смотрящего опустился вниз, охватил тусклое и туманное пространство, и в сердце возникло тоскливое чувство сожаления и беспомощности. Подумалось: «Если бы там, на твёрдой земле видели, как действует мысль, то, сейчас бы не разрушенные церкви для обрядов и служений восстанавливали, а храмы светлого мышления создавали, не деньги бы подсчитывали, а ступени к бессмертию считали, созданные огненным человеческим мышлением…»

И ещё наблюдающий увидел, как из Мира, в котором он находился теперь, в мир земного бытия тянутся некие тонкие струны, по которым нуждающимся на земле передаются светящиеся импульсы. Стало понятно, что это ни что иное, как энергии помощи: импульсы целительных энергий, токи вдохновляющих идей, мыслей, подсказывающих направления верных действий. Причём, те сознания, которые воспринимали посланные импульсы или токи мыслеэнергии, при этом как бы поднимались над тем уровнем, где были прежде…

«Мосты помощи», – возникло название виденному в уме смотрящего. И тут же вспыхнул вопрос: «Почему же я не получил помощь, когда так нуждался и так просил»… В земной душе возникла бы обида, но эта душа уже сбросила свои земные одежды и то, что являлось обидою на земле, в условиях новых стало туманом, застилающим зрение и слух… После периода темноты, душа, вновь нашедшая утраченное равновесие, обратила своё внимание к Тому, Кто явил ей картину жизни, позволившую мгновенно познать то, о чём не раз в земном бытии вопрошала душа и что неизменно ускользало: «В чём смысл?» Теперь этот смысл открылся как творческий труд взаимопомогающих, взаимовозвышающих сил человеческих сознаний, объединённо возносящих свои стремления в Сияющую Высь жизни, труд, для которого нет ни телесных, ни пространственных границ. И всё-таки звучал вопрос, теперь уже на ясном гармоничном фоне уравновешенных энергий души. Вопрос о неполученной помощи. «Почему?»

«Твои мосты разрушены были тобою» – запечатлелось в сознании. «Радостность и человеколюбие твои позволили тебе сейчас видеть и воспринимать в поле жизни то, что сокрыто от большинства душ, живущих в коконах своих бескрылых желаний. Но для того, чтобы мосты помощи проложить через границу телесной жизни, нужна иная радость – радость мыслящего сердца».

Так сознание вопрошающего восприняло мысль, явившуюся в сердце подобно свету солнечного луча, проникшего в затемнённое окно одинокой комнаты. И сердце устремило взгляд, полный благодарности и счастья, к Тому, чьё Сердце сияло подобно солнцу, озаряя Сферы. Но яркий сияющий свет окутывал Облик и скрывал Лик…

«Так сияние Знания скрыто для грубого ума, так сокрыто счастье для нечуткого сердца», – помыслило сердце вопрошающее. «Мосты помощи сотканы из этого сияющего света. И они строятся с обеих берегов реки жизни, один другому навстречу… Как поздно это стало понятно. Моя легкомысленная весёлость вместо созидания разрушала ткань, из которой творятся мосты помощи». Эта мысль стала последней перед новой границей, новым переходом в Сферу, где у души исчезает чувство «я», остаётся лишь свет и счастье – равное этому накопленному свету. Душа вступила в Область полного всепоглощающего счастья бытия в той его форме и в тех его мечтаниях, о которых мыслила в своих наиболее ясных и искренних переживаниях… А там, внизу, остались все её опыты и познания, чтобы, когда придёт время, стать для души её новым одеянием и неотъемлемым багажом. И особенно ярко горел свет последнего и особенно важного урока, полученного этой душой. На последней странице её «дневника» будущей задачей жизни горела строка о строительстве незримого Моста: «Созидать Мост Помощи мыслящим и бережным вниманием. Созидать каждый час. Не разрушать путь Помощи легкомыслием». «Помнить».